Roudon: Dispel the Mystery

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Roudon: Dispel the Mystery » Прошлое » [02.12.2005] Conquest of Spaces


[02.12.2005] Conquest of Spaces

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

CONQUEST OF SPACES

http://savepic.net/7412218.jpg
I'm ready to start the conquest of spaces
Expanding between you and me
Come with the night the science of fighting
The forces of gravity

[audio]http://pleer.com/tracks/5746807VXaa[/audio]

УЧАСТНИКИ: Thierry Lambert (27 лет), Teresa Lambert-Duval (21 год)
ДАТА И ПОГОДА: 02.12.2005, морозная и снежная зима, развивается метель
МЕСТО ДЕЙСТВИЯ: Монреаль: больница, кафе, квартира Ламбера
СЮЖЕТ: Как развивались отношения между Тьерри и Терезой.

[ava]http://savepic.net/7436797.jpg[/ava]

+2

2

Температура сегодня доползла до минус десяти градусов Цельсия, и от мороза, казалось, потрескивал воздух. Тьерри мог бы назвать такую погоду своей любимой, не хватало только полного безветрия, когда крупные хлопья снега падают вертикально вниз и тишина вокруг стоит такая, что слышно лишь свое дыхание и отдаленный неявный шум города. Когда Тьерри вышел из дома, ветер был довольно сносным, и ему хватило просто поднять воротник пуховика и потуже затянуть шарф; однако при подходе к университету, где училась Тесси, он уже основательно продрог и с большой радостью нырнул под козырек крыши, протискиваясь в теплое, сухое здание.
События Конкордии, когда прямо в университете застрелили четверых человек, неприятно встряхнули Канаду, и во многих учебных заведениях мгновенно были приняты меры предосторожности. Вместо привычных для Канады гостеприимно распахнутых дверей Ламбера встретил турникет, на котором горел красный крестик, и нависающий над ним охранник недружелюбного вида.
- Добрый день, как поживаете? - обратился к нему Тьерри с самой любезной улыбкой на свете. - Не могли бы вы меня пропустить? Я встречаю свою подругу.
У охранника, казалось, даже усы подпрыгнули от негодования.
- Je ne parle pas l'anglais! - с ненавистью сообщил он, и Тьерри осознал, что по старой привычке, происходящей из Торонто, обратился к персоналу по-английски. Невозможно было в Квебеке допустить более страшной ошибки - разве что вывесить флаг Великобритании над своим домом.
- Non, non, excusez moi! Je parle français, - попытался оправдаться Тьерри, выставив перед собой ладони. - Я встречаю свою подругу. Она учится здесь. Не могли бы вы меня пропустить, месье? Снаружи холодно и ветер. Я просто тут в коридоре посижу.
Но шанс был уже, разумеется, упущен, и охранник возжелал взглянуть на содержимое его карманов. Тьерри с тоской принялся выкладывать смятые чеки, проездные билеты, мелочь, даже расстегнул пуховик и развел в стороны его края, как заправский контрабандист. Заметив что-то во внутреннем потайном отделении, охранник немедленно потребовал это что-то показать и был, видимо, слегка обескуражен, когда Тьерри с недовольным лицом протянул ему шоколадку.
- Не, это не вам, - бодро сообщил он, когда толстые пальцы охранника потянулись к лакомству. - Это для подруги, я же сказал. Без рук, без рук. Но глазами можно.
- Тогда одевайтесь, Господь с вами, - проворчал старик с явным разочарованием в голосе.
Тьерри взялся было за замок и змейку, но заметил сбоку движение и оглянулся. Тереза подошла к ним со стороны лестницы - в каком-то смысле невовремя, потому что шоколадку Тьерри спрятать не успел. Красивая и уставшая, она одним своим видом мгновенно заставила Ламбера забыть о хамстве персонала и вопиюще заметной расовой дискриминации.
- Ну вот, месье, вы уничтожили мне всю романтику, - сказал Тьерри и протянул шоколадку Тесси. - Если бы этот достопочтенный сэр не встал на баррикады, я бы придумал более оригинальный способ уговорить тебя повысить уровень эндорфинов. Но раз этого не случилось, просто возьми её, окей? Кстати, привет. - Он обнял девушку за плечо и поцеловал в щеку, гордый возможностью продемонстрировать всем, что он вообще-то порядочный молодой человек, а не что вы там себе подумали. - Как занятия прошли?
[ava]http://savepic.net/7436797.jpg[/ava]

+2

3

Выходя из аудитории, Тесс думала только о том, как бы поскорее добраться до общежития, выпить горячего какао и завернуться в плед с учебниками. Глас зимней сессии звучал все громче, а девушка привыкла внимать ему, затаив дыхание, и упорно вчитывалась в книги, статьи и фотографии различных патологий. И это ее совершенно устраивало. Ей нравились такие вечера и когда что-то шло не по плану она чувствовала недовольство и неудовлетворение. Поэтому, когда она из-за угла увидела знакомый силуэт, который чем-то явно не угодил охраннику, из ее груди вырвался раздосадованный стон. Раздосадованные стоны сопровождали ее так же упорно, как Тьерри Ламбер, для которого она была, по всей видимости, то ли воплощением влажной фантазии о медсестрах в коротких белых халатиках, то ли очень упорной целью в списке завоеванных и в дальнейшем брошенных. Сделать что-либо с этим Тереза никак не могла, ни холодное обращение, ни упорные отказы в свиданиях, ни спешно взятые вечерние и ночные смены в больнице не спасали девушку от настойчивого мужского внимания. По большому счету им Тесс никогда не было особо обделена, но большинству не хватало терпения виться вокруг неприступной скалы, которой считала себя Тереза, пускай это и звучит слегка самонадеянно. Но Ламбер был не таким. О, ему хватало наглости и упорства крайне обходительно и галантно ухаживать за ней без какого-либо видимого одобрения.
Девушка обреченно сжала пальцы на ремне сумки, прикрыла глаза, выдохнула и вышла навстречу судьбе, слепому провидению и воплощению надоедливости в лице одного темнокожего мужчины, на ходу заматываясь по самые уши в синий шарф. Пройдя через вестибюль, она остановилась у турникетов и кивнула охраннику, словно говоря, что все нормально. На секунду ее взгляд остановился на плитке шоколада и в голове огромными красными буквами заорало «Боги, позорище какое», девушка даже немного покраснела, чего к счастью не было видно под шарфом, но сладость приняла и рассеянно кинула в сумку, как какой-то хлам. Скорее всего, о плитке она вспомнит только когда полезет за конспектами, а до тех пор лежать ей на дне, покинутой и забытой.
- Угу, здравствуй, - пробормотала девушка и сжалась от поцелуя как замерзший воробей, втянув голову в плечи и сощурившись, - Занятия прошли замечательно, идем.
Не особо церемонясь, Тесс схватила Тьерри затянутой в кожаную перчатку рукой за рукав куртки и потянула за собой на улицу. Ее напрягало то, что он буквально был везде, его было слишком много, он привлекал внимание не просто к себе, а к ним, что было еще хуже. Впрочем, с этим оставалось только смириться, только бы утянуть его подальше от мест, где она учится. Стоило им выйти на улицу, как в лицо плюнули подхваченные ветром холодные хлопья снега. Девушка чихнула от неожиданности и выпустила мужчину из цепкой хватки. Мороз пощипывал кожу лица, а на ресницах и отросших волосах, выбивающихся из-под шапки, оседал снег. Тереза спрятала руки в карманы и пошла вперед, зная, что Тьерри все равно будет крутиться где-то рядом.
- И не надоедает же тебе, - немного насмешливо сказала она, оборачиваясь на мужчину, - Чего ты от меня хочешь сегодня?
Тесс с легкой ноткой грусти приняла то, что сегодня ей не светит ни какао, ни плед, но все равно по привычке пошла в сторону студенческого общежития. Если уж у незадачливого ухажера и есть какие-то грандиозные планы, то повернуться пойти в другую сторону явно не проблема. И если бы Тесс была чуть более честна с самой собой, то она бы уже давно признала, что присутствие Тьерри ей, по меньшей мере, льстит, а по большей - нравится и вселяет почти что чувство уверенности. Запертая в скорлупе слишком сильной и упертой личности девушка не хотела давать себе слабины, но постепенно соглашалась на прогулки, принимала подарки и целомудренные объятия и очень редко улыбалась ему, пускай и прятала смущенные улыбки в шарфы и закрывала лицо ладонями. Постепенно он становился достаточно приятной, хоть и временами обременяющей обыденностью ее трудовых будней, полных больных и страдающих людей. Все-таки Тереза была девушкой и многое воспринимала слишком близко к сердцу, хоть и не смела этого показывать. Потому Ламбер стал для нее некой отдушиной, человеком, которому она постепенно начала открываться, с неохотой, но тем не менее.

Отредактировано Teresa Lambert-Duval (29.10.2015 01:41:42)

+1

4

[ava]http://savepic.net/7436797.jpg[/ava]Тереза так бойко вытянула его на улицу, что Тьерри едва успел застегнуть свой пуховик обратно. Он, конечно, и не ожидал, что она встретит его с распростертыми объятиями, но успел немного расстроиться, что чуда не произошло и в этот раз. Впрочем, стоило Тесси звонко чихнуть, как Тьерри прыснул от смеха, согреваясь тем, что эта неприступная и упрямая женщина иногда может быть такой милой и непосредственной в этой своей нелюдимости.
- Чихаешь как котёнок, - пояснил он своё веселье, щурясь от снега, чем с удовольствием обеспечил Терезе еще пару секунд неловкости. А вот не надо было его так холодно встречать. Разве так ведут себя истинные леди? - Ты мне проспорила поход в паб, помнишь? Я решил устроить его сегодня.
Быстро поравнявшись с Тесси, он коротко взглянул вверх. Снег сыпался как из пакета с мукой. Небо пронзали лучи прожекторов какого-то торгового центра, чертя по нависшим над городом облакам. Срочно захотелось обратно в университет, в тепло, домой, но он не мог так просто упустить затворницу-Дюваль.
- Правда, лучше бы нам заменить пиво на глинтвейн. Холод же какой. - Тьерри положил руку на спину Терезы; это не был какой-то там осознанный специальный жест, он даже не слишком пытался ее приобнять, но она так шустро отскочила, что сразу стало ясно: заметила, запротестовала, да и истолковала как-то не так. - Угостить тебя глинтвейном, Тесси?
Снег под ботинками аппетитно и заманчиво хрустел; этот звук всегда возвращал Тьерри в детство, когда можно было бросаться снежками в соседских мальчишек и понравившихся девчонок. Должно быть, именно поэтому у них с Терезой всё развивалось с таким трудом. Тьерри в свои двадцать семь даже не собирался отказываться от детства, честно признавая, что ему продолжают нравиться какие-то глупые вещи, которые возвращают ему чувство беспечности и защищенности, а Тереза наоборот была слишком серьезной, зажатой и сдержанной, хотя ей совсем недавно исполнилось двадцать один.
Коротко улыбнувшись, Ламбер наклонился и почерпнул с сугроба, выросшего по краю расчищенной дорожки, целый ком свежего снега. Он не слишком-то лепился, поэтому пришлось приложить усилия, хорошенько трамбуя его в прессе ладоней. Тереза наблюдала за ним так, будто Тьерри был умалишенным.
- Что? Разве не могу я, взрослый работающий человек, в снежки поиграть? - спросил он и, изловчившись, мазнул снежком по её щеке. В эту секунду Тьерри как-то отдельно заметил, какой белой была ее кожа: она почти не контрастировала со снегом, а легкий румянец на щеках стоил самых поэтичных сравнений.
Тьерри вообще-то редко обращал внимание на их расовые различия; ему не доводилось прикасаться к Терезе более интимно - любому их контакту почти всегда препятствовала одежда. Все их совместные фотографии оставались у друзей. Он понял, что не представляет, как смотрится рядом с ней со стороны.
Задумавшись, Тьерри снял перчатку с правой руки, переложил в нее снежок и крепко сжал. Такие светлые ладони достались ему, согласно старой легенде, от африканских предков, на которых не хватило воды в озере; вода эта делала людей белыми, и кто-то выходил оттуда белым с головы до пят, а кто-то смог лишь чуть-чуть ополоснуть руки и ноги. Но сейчас контраст стал очевидным, кричащим, и Тьерри ощутил странное желание - однажды прикоснуться к белоснежному плечу Терезы, взять ее ладонь в свои, тронуть ее колено или провести рукой по талии. Хотя бы представить, каково им было бы вместе. Им с Тесси, а не ему с безликой белой женщиной, фантазия о которой уже так наскучила Тьерри, что не вызывала абсолютно никакого воодушевления.
- Ну так что, - снова сказал он, пытаясь отвлечься от образов волнующих, непривычных и совершенно сейчас неуместных, - госпожа позволит мне угостить ее глинтвейном?
Двумя руками приминая и подравнивая снежок, - одна по-прежнему в перчатке, другая без, - Тьерри подумал, что вьюжить будет еще долго, и добавил:
- Можем заодно там снегопад переждать. Соглашайся, Тесси.

+1

5

Тереза взяла себе на заметку даже не чихать в присутствии Ламбера – то, как он умудрялся заставлять ее стесняться даже таких мелочей, почти перестало удивлять, но вызывало что-то вроде восхищения, хоть и весьма своеобразного. Бурно реагировать и возмущаться на его замечания смысла не имело, ведь девушка знала, что и в этом он найдет нечто «очаровательное и забавное». Посему абсолютно бессмысленный и глупый комментарий о котятах был отмечен лишь почти беззвучным фырканьем в недра теплого шарфа, и было бы замечательно, если бы Тьерри не услышал этого, а то он ведь обязательно вставит что-то крайне остроумное и в этот раз.
- Это не я проспорила, это ты решил, что мы о чем-то спорили, - с выражением каменного истукана Тесс повернула голову к Тьерри.
Пабы девушке решительно не нравились, ведь все их достоинства ограничивались дизайном интерьера и иногда приятным запахом мяса и гренок с плавленым сыром. А вот шум, нетрезвые мужчины, люди в большом количестве и трансляция спортивных каналов были совсем не для Тесс. Да и вкус пива она все никак не могла разобрать настолько, чтобы назвать его приятным. И даже когда Тьерри предложил заменить его на глинтвейн, перспектива остаться с ним наедине в полутемном помещении, честно говоря, пугала. Для Терезы все это  было настолько в новинку, что она чувствовала выброшенной на берег рыбой. Словно эволюция ее эмоционального мирка решила подшутить и велела учиться с нуля социализироваться, как нормальная девушка, адекватно реагировать на флирт и не пытаться спрятать голову в песок. Кроме того, ее все никак не покидало ощущение, что все происходит слишком быстро. Казалось бы, обучаясь в медицинском, она привыкла к тому, как часто и резко может меняться ситуация, но в случае с Тьерри она чувствовала себя настолько беспомощной, что хотелось сесть на землю и прикинуться камнем. Или идти на поводу и не рыпаться. В любом случае, общаясь с Ламбером она чувствовала себя дурой и наверное впервые в жизни по-настоящему  не знала, что ей делать. В какой-то момент ее привычный жизненный устав оказался совершенно не соответствующим реальности и развалился. Но глинтвейн был явно лучше пива, теплое помещение – холода и снегопада, а Тьерри Ламбер – вечного одиночества, как ни горько это признавать. 
Тереза наблюдала за тем, как он впал в детство и влез в снег, с легким интересом и недоумением. Мужчина был старше ее, но совершенно не создавал такого впечатления, а попытки слепить нечто из слабого и рассыпчатого снега только усиливали впечатление, что у него еще и что-то не то с головой. Девушка даже нахмурилась, но ее выражение лица тут же изменилось, стоило снежку коснуться щеки – брови от удивления полезли на лоб, глаза широко распахнулись и оно громко и резко вдохнула. Захотелось даже крайне неженственно рявкнуть «Что же ты за человек такой?», но это было несерьезно и Тесс сдержала этот агрессивный порыв и буквально отскочила от Тьерри в сторону, чуть не впечатавшись плечом в фонарный столб и затравленно на него пялясь. Пожалуй, реакциями она и впрямь походила на котенка, и для девушки это было крайне удручающе, ведь серьезные врачи не должны выглядеть и вести себя как котята. Хотя пока никто не видит, а рядом только Ламбер со своим несерьезным отношением это не так страшно. Наверное. В их отношениях было слишком много «наверное» и это напрягало и нервировало Тесс. Почти так же, как это сахарное и мягкое «Тесси», словно она маленькая, потерявшаяся девочка, которую нужно вручить полицейским. Девушка поспешно выпрямилась, отряхнулась и убрала волосы с лица, смотря на как будто зависшего мужчину и мысленно упрекая его ребячество.  А затем подошла к нему обратно, немного неловкой механической походкой и вздохнула.
- Ладно, можешь угостить меня, - негромко пробурчала она, словно делает ему огромное одолжение и немедленно отвела взгляд.
Одни боги знали, чего ей стоило не помереть от волнения, неловкости, стыда и еще кучи очень девичьих эмоций прямо там. Конечности похолодели, но Тереза упорно скидывала все на минусовую температуру и вовсе это не из-за Тьерри. Словно наперекор самой себе девушка решительно  двинула рукой, застыла на полпути к цели и очень аккуратно коснулась кисти  мужчины – в конце концов, что еще ей терять? – а потом  взяла его за руку, осторожно сжимая чужие длинные пальцы. И было это так волнительно и интимно, что если бы не перчатки, то валяться ей сейчас бездыханной в сугробе.

+1

6

[ava]http://savepic.net/7436797.jpg[/ava]Согласие всё же было получено, и Тьерри хотел громко обрадоваться по этому поводу, сказав что-то типа "Госпожа снизошла!" или "Вот видишь! Не так уж и страшно однажды сказать что-нибудь, что не содержит слова «нет»". Однако в этот момент он почувствовал мягкое прикосновение к своей руке и сразу же отнял ее от снежка, опуская вниз. Переведя взгляд, Тьерри увидел, как ладонь Терезы в кожаной перчатке спустилась по его ладони, словно вклиниваясь в поток. Затаив дыхание, он мягко пожал ее пальцы, - смешно, что ее перчатки были темнее его кожи, - и крепко пожалел, что не чувствует живого тепла её руки. Она взяла его за руку - сама! - и Ламбер, выждав где-то минуту и даже забыв что-то сказать, чтобы разрядить обстановку, аккуратно перехватил ее ладонь так, чтобы заполнить пальцами пробелы, переплестись с ее рукой в крепкий и теплый замок.
- Снег просто жуткий, да? - сказал он, когда, наконец, обрел дар речи, и замахнулся снежком, отправив его в стену дома. С улицы они вышли на уже расчищенную площадь, по кромке которой высились свежие сугробы, и в свете фонарей на открытом пространстве стало особо заметно, как сильно вьюжило в Монреале. Тьерри так и шагал в одной перчатке, как полный придурок, снятую зажимая в кулаке, но зато при этом держал Терезу за руку, и это радовало его ровно настолько, чтобы игнорировать взгляды, которые изредка адресовали им прохожие. - Видела прогнозы? Часа на два обещают. Сейчас посидим в кафе, переждем, и я тебя домой провожу. Буду не против, кстати, если ты пригласишь меня на чай. Но я не напрашиваюсь, просто тонко намекаю.
Тереза ответила на это весьма однозначно, определив направление и глубину его дальнейшего движения. Тьерри смешливо фыркнул, и с его губ сорвалось облако пара. Он украдкой посмотрел на Тесси, на ее розовые щеки и аккуратный кошачий профиль, и с нежностью погладил ее ладонь большим пальцем, хотя она не могла почувствовать это сквозь перчатку в полной мере. Господи, ну как до нее достучаться, как добиться ее улыбки, ее доверия? Иногда он и впрямь поддавался отчаянию, когда хотелось треснуть кулаком по чему-нибудь от бессилия и желания быть рядом, увидеть в ее глазах хоть какую-то оттепель. Но потом, впрочем, Тьерри в голову приходили очередные идеи, как можно встряхнуть эту упрямицу, уговорить приоткрыться, и иногда это поощрялось небольшим успехом; например, тем, что Тереза дала ему поцеловать себя в щеку, или позволила сесть рядом и прижаться к ее плечу, или как сейчас - когда первая взяла его за руку, потому что сама захотела.
Он был, конечно, чрезвычайно влюблен, и эта влюбленность иногда закипала в нем и, как вода в чайнике, рвалась наружу. И сразу после минуты отчаяния шило в его заднице провернулось еще раз, побудив его на страшную глупость в адрес Терезы. Нужен же был ей в жизни какой-нибудь ужасно нерациональный, несерьезный человек, который уравновешивал бы ее прагматичную натуру.
- Ты слишком вредная. Знаешь, почему сегодня не тот день для вредности? - спросил Тьерри, мягко выпутывая свою руку. - Потому что ее так и хочется остудить.
В эту же секунду, присев, он обхватил Терезу за талию и приподнял, за пару шагов подобравшись к ближайшему сугробу, куда они шумно завалились: Тьерри - с хохотом, а Тереза - с тонким вскриком, вцепившись в него, как в спасательный круг. Снег спружинил под ними, приминаясь, и Тьерри перевалился вбок, с одной стороны, стараясь не придавить Тесси, а с другой - придержав рукой ее за плечо. Это вызвало целый шквал возмущений, ведь из-за Ламбера Тереза теперь не могла выбраться из снега.
- Да ладно тебе, Тесс, - смеясь и сверкая белоснежной улыбкой, Тьерри пригладил ее локоть. На площади кто-то закричал, голос был едва слышен из-за снега. - Просто перестань хоть сегодня быть серьезной, окей? Глинтвейн пьют в хорошем настроении, а не...
- ... с тобой говорю! - на Тьерри упала тень, и он оглянулся. Над ними стояла семейная пара - серьезно настроенная тучная мадам с большими пакетами и ее муж, больше похожий на ее брата, такой же блёклый и не слишком умный на вид. - Ты что, оглох?
- Отстань от девочки, или мы вызовем полицию! - поддержала мадам мужа. От возмущения ее щеки тряслись, как желе.
- Э, но мы... - озадачился Тьерри. Даже Тереза примолкла, забыв о своих попытках встать. - Мы просто гуляем и...
Но женщина лишь еще громче заголосила, потрясая пакетами, а мужчина, наклонившись, попытался дернуть Терезу и поднять на ноги.

+1


Вы здесь » Roudon: Dispel the Mystery » Прошлое » [02.12.2005] Conquest of Spaces


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC